Спасенный храм фараона
В 1898—1902 годах английские инженеры-водники перекрыли Нил у первого порога. Так как эта плотина сказалась эффективной, уровень водохранилища, образовавшегося выше нее, повышали дважды: первый раз на 6 м в 1907—1912 годах и второй — еще на 9 в 1929—1934 годах. Благодаря этим строительным работам египетское правительство смогло увеличить сельскохозяйственное производство, обеспечивая существование быстро возраставшего населения: 2,5 млн. человек в 1800 г., 10 млн. — в 1900 г., 15 млн. — в 1930 г., 20 млн. – в 1950 г.
Такой быстрый демографический рост побудил египетских руководителей рассмотреть возможность лучшего использования водного потенциала Нила. В 1952 году Совет руководства революцией начал искать новое решение этой проблемы на юге страны. Но так как старую плотину уже нельзя было поднять еще выше, было решено возвести новую. На следующий год, после того как международная комиссия экспертов изучила с египетским комитетом наиболее подходящие места, окончательный выбор пал на теснину великой реки в шести километрах к югу от Асуана. В 1955 году уже было известно, что явит собой Садд-эль-Али — Высотная Асуанская плотина - огромное сооружение массой 43 млн м3 бетона, стали и цемента, длиной 520 м в оснований и 3600 м в верхней части, высотой 110 м, толщиной 980 м в оснований и более 40 м вверху, способное сдерживать напор 130 млрд м3 воды, в 30 раз больше старой плотины.
Вверх по течению от этого гиганта вдоль реки до 3-го порога у Акаши должно бьіло образоваться огромное водохранилище площадью 3000 км2, длиной 500 км (300 — на египетской территории и 200 — на суданской) и средней шириной 10 км.
Однако строительство Высотной плотины имело и негативные последствия, причем в первую очередь для древних памятников, возведенных на берегах реки в районе Асуана, Подъем уровня вод после наращиваний тела плотины привел, например, к частичному затоплению островка Филе, богатого удивительными памятниками птолемеевско-римского периода. По окончании строительства Высотной плотины под водой должна была сказаться вся территория древней Нубии, причем на сей раз навеки, без сезонных отливов (когда летом на короткое время мелело водохранилище), которые периодически позволяли этим местам «выныривать» на поверхность. Под водой суждено было сказаться всем памятникам времен фараонов, римского периода и средневековья, стоявшим на берегах Нила от Асуана до Семны в Судане. Их камни, в том числе и необычайные храмы Абу-Симбела, были обречены на неминуемую медленную смерть. Сравнительно недавно освобожденные из-под песка, они всего 50 лет блистали во всей красоте под нубийским небом.
Призыв ЮНЕСКО
Убежденный, что Объединенная Арабская Республика не сможет только своими силами спасти нубийские сокровища, которым угрожало вечное затопление, египетский министр культуры Сарват Окаша от имени своего правительства 6 апреля 1959 года направил письмо генеральному директору ЮНЕСКО Витторино Веронезе. В письме выражалось пожелание получить через посредство Организации Объединенных Наций по вопросам культуры международную научную, техническую и финансовую помощь, соразмерную той гигантской работе, которую предстояло осуществить.
Для осмотра Абу-Симбела в августе — сентябре в Нубии побывали немецкие, французские и итальянские специалисты. 8 марта I960 года, получив разрешение Исполнительного совета ЮНЕСКО, Витторино Веронезе обратился с призывом к международным организациям, открыв всемирную кампанию по оказанию необходимой помощи как в денежной форме, так и в форме предоставления услуг, персонала и оборудования. Используя различные мероприятия, на берегах Нила предстояло спасти 24 памятника и монументальних комплекса. В знак признательности странам, которые внесут наибольший вклад в это мероприятие, правительство ОАР обязалось предоставить им в дар некоторые нубийские храмы или древности из других районов.
В має 1964 года строители окончательно перекрыли течение Нила выше Высотной Асуанской плотины, и уровень воды начал постепенно повышаться, знаменуя конец Нубии как твердой земли. К счастью, раскопки, проведенные между народными археологическими экспедициями, позволили спасти внушительное количество исторических и художественных ценностей.
Абу-Симбел
Одновременно с археологическими раскопками шла работа по вывозу наиболее значительных памятников. Было разобрано и вывезено для восстановления в более безопасных местах 22 здания разного рода, в том числе из Куммы и Семньд (суданская Нубия); из Калабши, Бейт-зль-Уали, Вади-зс-Себуа, Анибе, Кертаси и Амады (египетская Нубия). Работа почти всегда велась в очень тяжелых климатических условиях и порой требовала применения самой передовой техники. Подлинным чудом явилось перемещение храма из Амадф. Все здание, установленное на платформу, волокли 2600 метров до его нового местоположения. Такой метод пришлось избрать потому, что из-за хрупкости сохранившихся в целости скульптур и росписей разбирать храм было нельзя. Устойчивость здания на всем пути следования обеспечивалась системой домкратов.
Но свою самую крупную битву международная солидарность выиграла в Абу-Симбеле, расположенном в 50 км к северу от второго порога. Это колоссальное предприятие, начатое 1 апреля 1964 года с сооружения временной дамбы, призванной защитить место работ от постепенного наступления воды, было завершено в конце 1967 года.
В 1960 году на столе генерального директора ЮНЕСКО лежало четыре проекта спасения колоссов Абу-Симбела — Большого храма, или храма Рамсеса II и Малого, или храма Нефертари. В первом проекте предлагалось поднять храмы и скалы, на которых они были построены, над уровнем вод; во втором — построить для защитьі двух храмов земельную дамбу; в третьем — соорудить бетонную дамбу перед каждым из храмов и, наконец, в четвертом — возвести широкую бетонную дамбу в форме купола для защиты обоих храмов. К концу года из этих четырех проектов только два продолжали участвовать в конкурсе. В одном, разработанном парижской студией Андре Куана й Жана Беллье, предусматривалось строительство дамбы, которая окружала бы оба храма. Но эта дамба скрыла бы их фасады от лучей солнца, не давая им проникнуть в сердце горы, что нарушило бы систему освещения, задуманную смелыми и изобретательными строителями древности.
Привлекательнее выглядел другой проект. Родившийся из идеи Пьеро Гаццолы, он был представлен в ЮНЕСКО в октябре 1960 года итальянским правительством. Речь шла о том, чтобы, выпилив из скалы оба храма, поместить каждый из них в «ящик» из железобетона и поднять скальный монолит на 62 метра над тогдашним уровнем вод. В результате была бы воспроизведена первоначальная панорама горы. Между храмами и Нилом сохранились бы прежние отношения перспективы, но на новом, более высоком месте. В январе 1961 года комиссия экспертов, назначенная ЮНЕСКО совместно с египетским правительством, сочла итальянское предложение «одним из наиболее смелых и искусных проектов, когда-либо разрабатывавшихся в области археологии». Благоприятное суждение международной комиссии поддержала в июне 1961 года группа квалифицированных скандинавских специалистов. Расчетная стоимость итальянского предложения составляла $70 млн., то есть на 12 млн. меньше, чем во французском проекте.
Проект Гаццолы отличался беспрецедентной смелостью, но его нельзя оценить по-настоящему, не познакомившись поближе с двумя знаменитими фараоновскими храмами и тем, как они стояли до перемещения. К северу от Вади-Хальфа, на левом берегу Нила, там, где река поворачивает на восток, высится гора, названная древними египтянами Абошек и переименованная греками в Абкосис, арабами — в Абу-Симбел й французскими исследователями — в Ибсамбул. Французы первыми из европейцев в начале прошлого века увидели волшебное зрелище: двух колоссов, выбитых в скале и полузасыпанных песком.
С 1817 года, когда Джованни Баттиста Бельцони первым провел систематический обзор комплекса Абу-Симбела. В 1910 году южнее Большого храма в процессе раскопок была обнаружена часовня, предназначенная, вероятно, для менее крупных церемоний, и множество культовых предметов.
Снаружи видны лишь высеченные в скале и украшенные статуями фасады двух крупных храмов, отстоящих друг от друга на 150 м; внутренняя их часть скрыта в горе. Это один из самых ярких образцов скальных храмов, возводившихся по воле фараона Рамсеса II на протяжении 67 лет его царствования (1300— 1233 гг. до н. э.). Решение создать в монолитной скале дом божий, воздвигавшийся прежде всего для вящего прославления имени фараона, полностью соответствовало бытовавшему в Древнем Египте подходу к природе храма или гробницы как единственному способу обеспечить себе бессмертие.
Фасад Большого храма ориентирован на восток. Высота храма — 33 м, ширина — 38 м. На широком оснований, по краю которого идет балюстрада из чередующихся статуй Осириса и Гора — священного Сокола, высятся четыре колосса, напоминающие сидящего на троне Рамсеса II. Хотя их высота достигает 20 м, точно выдержаны все пропорции. Положив руки на колени, устремив взор на восток, фараон со спокойным и задумчивым видом восседает на страже своего храма. По обе стороны от каждой статуи стоят женские фигуры: восемь изваяний, изображающих царицу и некоторых царевен. Они едва достигают высоты колен восседающих колоссов, у ног каждого из которых — статуи сына или дочери фараона.
Внутренние помещения начинаются просторным залом с пилястрами, на которые опираются десятиметровые статуи фараона, затем идет гипостильный зал, украшенный барельефами, и святилище, самая тайная часть храма, куда в летнее солнцестояние проникает первый луч солнца, встающего из-за гор по ту сторону Нила. Проникнув на десятки метров внутрь храма, этот луч касается изображения бога. Это явление, производящее необычайное впечатление, отдано вечности талантом архитекторов, которые в этом чудесном приеме сфокусировали могучую поэзию своего изобразительного искусства. Еще восемь помещений, находящихся ниже центральных, размещены справа и слева от них. По всей вероятности, они служили погребами или складами для сокровищ.
Малый храм посвящен Нефертари, жене Рамсеса II. На фасаде высотой 12 м и шириной 27 м высечены шесть десятиметровых статуй царицы в одеянии богини. По обе стороны от каждой — по две статуй фараона, а у ног царственной четьі — их дети. Просторнымый и низкий портик поддерживают шесть колонн, он украшен изображениями фараонов, представших перед богами. Три двери ведут в зал, а оттуда — в святилище.
Итальянский проект
В итальянском проекте предусматривался целый ряд операций, кульминацией которых должен был стать подъем по отдельности обоих храмов. Конечно, предварительно нужно было провести некоторые подготовительные работы: защитить участок вокруг храмов насыпью высотой 134 м и проделать на высоте 105 м две канавы по длине каждого из храмов и глубиной 15 м, чтобы оттуда начать прокладку галерей, необходимых для подъема двух колоссов. Далее следовало облегчить верхние пласты горы, проложить под каждым храмом параллельно три группы тоннелей по пяти в каждой, выпилить два куска скалы и поместить их в своего рода ящики из железобетона.
Все работы должны были производиться пневматическими бурильными установками и механическими молотами весом не более 30 кг. Вырезанный и упакованный блок, содержащий Большой храм, поднимался с помощью системы из 546 гидравлических домкратов, специально спроектированной и разработанной профессором Колоннетти; максимальная грузоподъемность каждого домкрата составляла 1000 т, высота подъема — 30 см. Они соединялись с узлами металлической сети, образующей дно ящика, и действовали поочередно. Пока одна группа домкратов осуществляла подъем на 30 см, другая поднималась вместе со всей конструкцией. Когда первая группа еще находилась под нагрузкой, уже вступала в действие вторая; нагрузка на первую снималась только тогда, когда начинался следующий этап подъема. И так до высоты 60 м. По окончании подъема блок нужно было установить на новом месте. Предусматривалось, что выполнение всех работ займет около 42 месяцев.
Денег не хватает
Итальянский проект гарантировал полную сохранность храмов, но для его осуществления нужно было изыскать деньги. К 1963 году, через четыре года после призыва ЮНЕСКО, так и не удалось собрать необходимые $70 млн. К 1964 году было собрано более $17 млн. Учитывая скудность имевшихся финансовых средств, египетское правительство, отвергнув новый французский проект подъема храмов с помощью системы понтонов, было вынуждено принять решение, предложенное стокгольмской студией «Ваттенбюгнадсбюран». В шведском проекте предусматривалось разрезать храмы на блоки максимальным весом 30 т и вновь собрать их на новом месте, на 64 м выше.
Хотя шведский проект не выдерживал критики с точки зрения консервации, его стоимость составляла всего $36 млн., что было вполне приемлемо при имевшихся тогда средствах. И поскольку не предвиделось других решений, он был одобрен, тем более, что сооружение Высотной Асуанской плотины продвигалось быстро и близился день, когда воды Нила должны были хлынуть в долину. Подряд на ведение работ получила международная группа («Интернзшнл джойнт венчер»), созданная компаниями «Атлас» (ОАР), «Хохтиф АГ» (ФРГ), «Импреджило» (Италия), «Гран траво де Масей» (Франция), «Сентаб» й «Сканска» (Швеция).
Работы проводились точно по графику. Возведение защитной дамбы было начато 1 апреля 1964 года и закопчено в августе 1965 года. 5 марта 1966 года был складирован последний блок храма Нефертари. Три недели спустя, 29 марта, последний блок Большого храма был перенесен во временное хранилище, где скопилось 1035 гигантских блоков.
Тем временем состоялась, официальная церемония в честь укладки на новом месте первых блоков святилища храма Рамсеса II. Работы по реконструкции продолжались на протяжении 1966 года и закончились 7 сентября 1967 года. Но реставрацию Абу-Симбела нужно было завершить созданием искусственных холмов. Масса привозной скальной породи, которая должна била увенчать холм, могла раздавить храмы, и чтобы не допустить этого, их пришлось защитить бетонными куполами, которые были окончательно сооружены в декабре 1967 года. Наконец, специалисты из службы древностей постарались скрыть следы разрезов, заполнив швы песчаником, смешанным с синтетической смолой. 22 сентября 1968 года великое предприятие увенчала грандиозная церемония открытия древнего храма на новом месте.
Специалистам удалось сохранить египетское творение. Но сейчас нубийский монументальный комплекс (из-за того, что его подняли на более высокое место) подвергается воздействию ветра и песка. И бедственные последствия этого все очевиднее. В остальном ученые признают, что реконструкция полностью удалась. Ночью возникает ощущение полного сходства. Но этого нельзя сказать при свете дня. Дело в том, что очень плохо получилась искусственная гора, особенно холм, возвьішающийся над Мальїм храмом. Разочарование еще более возрастает, когда обнаруживаешь, что позади Абу-Симбела раскинулся город с азропортом, дворцами и музеем. К тому же, в искусственной горе сделана галерея для обслуживания, а сзади — огромный бетонированный свод, превышающий по размерам зал атомной электростанции, под которым установлены механизмы для уравновешивания сил растяжения между скальной частью и железобетонной конструкцией. Так Абу-Симбел вдруг стал колоссальным памятником современной техники, рядом с которым явно мельчает гигантский храм Рамсеса II. Уходя, посетитель выносит общее впечатление о великолепнейшем техническом свершении, которое само становится памятником, меняющим и искажающим окружение египетского комплекса.
|
